Пиццикато Алексея Лота

Полезные высказывания из сборника "О милосердии" Сенеки

Советуют по вечерам отчитываться перед самим собой: "Какой свой недуг ты сегодня излечил? Какому пороку воспротивился? Какой частью себя сделался лучше?".

Желая кого-нибудь уговорить, начинают поучениями и кончают примерами.

Ничем иным нельзя так показать судьбе своё презрение, как равнодушием к ней.

Человек, в отличие от других живых существ, особенно при потере детёнышей, привязывается к своему страданию и охвачен им продолжительное время не постольку, поскольку чувствует, но - поскольку решил чувствовать, но то, что получает свою силу от природы, сохраняет её единой для всех случаев.

Бедность, скорбь, презрение испытывается одними людьми так, а другими иначе, смотря по их привычкам; и преждевременная боязнь вещей, которых нечего бояться, делает человека слабым и неспособным их переносить.

Природное не слабеет от длительности.
Скорбь же с ходом дней постепенно исчезает.

Есть большая разница в том, позволяешь ли ты себе печалиться или приказываешь.

Мы не представляем себе несчастья раньше, чем оно явится.

Что с кем-то может стать, то может стать с любым.

Покорная выносливость смягчает суровую судьбу.

Никому не дано родиться безнаказанно.

О нас спросили наших родителей, которые, хотя и знали условия, какие ставит жизнь, всё же создали нас для жизни.

Преждевременная смерть не приносит никакого несчастья; наоборот, она избавляет от перенесения немалого количества зла.

Каждый получает столько, сколько было предписано в первый день - напрасны желания и старания.

В ином мире все между собой родственны.

Одно хрупко одним образом, другое - другим; падёт даже то, что не имеет места, куда упасть.

Самое большое утешение - думать, что с тобой случилось то, что все до тебя претерпели, и все будут терпеть.

Твоя скорбь не принесёт пользы ни тому, о ком ты тоскуешь, ни тебе.

Независимы во всех отношениях те, у которых настроение может быть скрыто.

Высокое положение - это большое рабство.

Кого судьба преследует, того в конце концов закаляет.

Всечасно ожидающий ударов жребия снесёт их легко.

Враждебность судьбы может сломить лишь обманутого её прежней благосклонностью.

Блуждающую, чуждую постояннству мысль радует и притягивает новизна.

Ты не найдёшь такой земли, в которой до сих пор обитают её коренные жители.

Никакое положение вещей не сохраняется неизменным.

Законы природы, которым люди вынуждены следовать, везде и всюду одинаковы.

Мир, великолепнее которого естественный закон ничего не создал, и дух, лучшая часть мира, восторженно созерцающий это великолепие, принадлежат нам вечно и пребудут с нами до тех пор, пока пребудем мы.

Нет на земле изгнания, потому что нет такого места на земле, которое было бы чужим человеку.

Всё необходимое человеку природа сделала легкодоступным.

Богатыми делает людей настрой ума.

Дух свят и вечен и не подвержен насилию.

Презрение может коснуться лишь того, кто сам себя презирает.

Самое большое восхищение вызывает у нас человек, отважно встречающий несчастье.

Учёные занятия - лучшее средство от скорби.

Рука всегда невольно тянется к больному месту.

Короткую жизнь мы не получаем, а делаем её такой.

Никто не располагает собой, каждый губит себя ради другого.

Поздно начинать жизнь тогда, когда нужно её завершать.

Время дороже денег.

Когда извне ничто не тревожит и не потрясает, счастье разрушается в себе самом.

Пороки поглотят любой человеческий век.

Человек благородный и стоящий выше человеческих предрассудков не позволяет другим пользоваться его временем и по этой причине его жизнь в высшей степени продолжительна.

Каждый торопит свою жизнь и страдает от тоски по будущему и отвращения к настоящему.

Седой не жил долго, а долго существовал.

Тщательнее нужно беречь то, о чём ты не можешь сказать, когда наступит ему конец.

Для смерти всегда находится время.

Завися от завтрашнего дня, люди теряют сегодняшний.

Свободны от забот только те, кто посвящает себя философии, лишь они действительно живут и всё прошедшее до их рождения время делают своим, а будущее планируют.

У каждого из философов всегда найдётся свободное время для других, и кто бы к ним ни пришёл, уйдёт от них более счастливым и дружески настроенным; они никого не отпустят с пустыми руками; ночью и днём к ним может обратиться любой смертный.

Никто не способен носить личину долго; благие свойства, основанные на правде и проросшие на твёрдой почве, со временем крепнут и совершенствуются.

Чрезмерное счастье делает людей алчными.

Равная дикость - прощать всех и не прощать никого.

Таково рабство великого - невозможность стать малым.

Возмездие преследует две цели: успокаивает обиженного и обеспечивает ему безопасность в будущем.

Карая за несправедливость, причинённую другим, закон стремится к троякой цели, которую и правитель обязан иметь в виду: исправить самого наказуемого, улучшить прочих, наказывая этого, и, искоренив зло, защитить всё общество от опасности.

Самих скорее исправишь умеренным взысканием: будут сознательнее, если не отнимать всего.

Никто не трудится сохранять достоинство, когда оно совершенно потеряно; род безнаказанности - не иметь ничего доступного наказанию.

Исправлению нравов более способствует воздержанность в применении взысканий.
Ибо нарушение становится нормой, когда нарушителей много, и приговор не столь тяжек среди толпы осужденных.

Слишком часто практикуемая суровость перестаёт вызывать доверие, теряя тем самым своё главное лечебное свойство.

Добрые нравы властелин прививает народу, побеждая пороки терпимостью.

Кара видится гораздо более строгой, если карает человек мягкосердечный.

Чаще совершаются те преступления, за которые чаще наказывают.

Преступление подсказывается наказанием.

В стране, где наказывают редко, существует негласный договор о добропорядочности и людей прощают как бы ради общего блага.

Если общество считает себя честным, таким оно и будет.

Больший гнев вызовут отступающие от норм, когда все видят, что таковых немного.

Опасно показывать обществу, насколько в действительности дурных больше.

Быстро станет понятно, насколько перевешивает худшая часть общества, если никого не прощать.

Доброму командиру повинуются быстрее.

Люди от природы упрямы, хотят поступать наперекор приказу.
Правильнее манить их за собой, чем тянуть.

Законопослушание по своей воле идёт за милосердием и всеми признаётся благом, достойным общественного попечения.

С головы начинается здоровье.

Лучше обидеть, высказав правду, чем угодить лестью.

Милосердие есть сдержанность души в её власти карать; это умеренность, отменяющая часть заслуженного по справедливости наказания.

Жестокость - склонность души к слишком суровым мерам.

Милосердие и кротость надо всем ставить в пример.

Прощение есть освобождение от заслуженного наказания.

Мудрец вместо прощения будет щадить, советовать, исправлять.

Милосердие полнее, честнее прощения.

Мудрый рассудит, какой подход необходим для каждого характера, чтобы выпрямить искривлённое.

Сначала нужно наметить цель стремлений, затем тщательно выбрать средства к скорейшему достижению её, а потом уже в пути, если только он будет правилен, мы будем соображать, как велика наша ежедневная успешность и насколько мы приблизились к тому идеалу, к которому нас влечёт естественный порыв.
Здесь самый многолюдный путь оказывается наиболее обманчивым.

Главнейшая наша задача должна заключаться в том. чтобы мы шли не туда, куда идут другие, а туда, куда повелевает долг.

Всякий более склонен верить, чем рассуждать.

Всякая жестокость происходит от немощи.

Счастливым мы называем того, кто только благое или злокачественное настроение духа почитает за благо или зло, кто свято исполняет нравственный долг и довольствуется добродетелью, кого случайные обстоятельства не могут сделать ни самонадеянным, ни малодушным, кто наибольшее значение придаёт тому благу, которое может сам себе создать, для кого настоящим удовольствием будет презрение к удовольствиям.

Жизнь счастлива, если она неизменно основывается на правильном, разумном суждении (правильный образ мыслей не допускает заблуждения).

После наибольшего восторга удовольствия следует отвращение, затем наступает апатия.

Разумный человек наблюдает природу, спрашивает у неё совета, живёт согласно с ней.

Уверенность человека должна опираться на постоянное знание: однажды принятые им решения должны оставаться в силе, не допуская никаких поправок.

Презирайте судьбу: ваш дух ничем не может она умертвить.

Презирайте смерть: она - или всему предел, или откроет вам новую жизнь.

Смерть - разлука души с телом.

Если ты истинный муж, то должен уважать людей, решающихся на великие дела, даже в случае их падения.

Благородно поступает тот, кто, считаясь не с собственными силами, а с силами человеческой природы, ставит себе высокие цели, старается их достигнуть и мечтает о столь великих идеалах, что воплощение их в жизнь оказывается трудным даже для людей, обладающих недюжинными дарованиями.

Стремление к мудрости - это одно, а обладание ею - другое.

Природа создала нас для двух вещей - и созерцания дел, и их совершения.

Добро не может вредить добру.

Праздность - наказание для трудолюбивого.

Добродетель слабеет, когда у неё нет противника.
В терпении испытывает она свою твёрдость и силу.

Презирайте боль: или ей, или вам наступит конец.

Дело не в том, какова поклажа, а в том, как её нести.

Счастье тогда можно назвать прочным, когда оно окрепло под ударами судьбы.

Всякий имеет больше, чем было у него, когда он родился.

Может быть полезно для других то, чего мы для себя боимся и стараемся избегать.

Всех несчастнее тот, кто не видал горя. Ибо такой не знает своих сил.

Только несчастье рождает истинное величие!

Чем сильнее страдание и чем твёрже дух, тем больше слава!

Часто подвергавшийся опасности, в конце концов начинает презирать её.

Дух, как и тело, крепнет от упражнений; чрез терпение становится он равнодушным ко злу.

Сильные люди, чтобы закалить себя, подвергаются трудам и лишениям.

Если бог захочет до последних пределов унизить какую-либо из желанных людям вещей, он отнимает её от лучших и передаёт в руки самых позорных.

Ничто не совершается вопреки моему желанию: с божеством всегда соглашусь.

Тело наше принадлежит природе, поэтому пусть она делает с ним, что ей угодно.

Не одним нам предназначена смерть.